28.02.2018.

И. Х. Абдуллаев

К  ИСТОРИИ  СТАНОВЛЕНИЯ  И  РАЗВИТИЯ

 ДАГЕСТАНСКОГО  ЯЗЫКОЗНАНИЯ

(фрагмент из этой работы)

Еще в глубокой древности ходили легенды о необычайном мно­гоязычии Кавказа. Этот факт неизменно подчеркивали греки и римляне, арабские, персидские и европейские географы средневековья, при этом назывались цифры от семидесяти до трехсот. Арабский историк и путешественник Х века Масуди отмечал: «Гора Кавказа – гора языков». И сегодня, как и десять веков назад, более половины из представленных на Кавказе языков приходится на Дагестан.

Существование многоязычия в Дагестане (и на Кавказе) и происхождение населяющих его народов всегда интересовало не только исследователей, но и самих носителей языков, и это породило множество легенд и преданий. Согласно этим легендам (и теории) Кавказ издревле был местом прохождения мно­го­чис­ленных народов и племен, часть которых оставалась на различных отрогах и склонах Кавказа.

Однако в противовес этим концепциям, которые связаны с так называемой «миграционной теорией» происхождения народов и языков Кавказа, возникла идея об автохтонности носителей «собственно кавказских» (картвельских, абхазо-адыгских и нах­ско-дагестанских) языков. Появление же на Кавказе ираноязычных и тюркоязычных народов объясняется их передвижениями.

Носители дагестанских (горских) языков принадлежат к автохтонному населению Дагестана и Кавказа. Еще в глубокой древности, до нашей эры, дагестанский этноним леги был известен классическим авторам. Этот же этноним как общее название дагестанцев отражен в древнейшем грузинском историческом памятнике «Картлис цховреба» («Жизнь Грузии») в виде лэкIи, а в древнеармянских источниках в виде лэкI (гъэкI). Нетрудно заметить, что эти этнонимы связаны с известными названиями лак, лакз, лакзи (лезги).

Все сведения древних и средневековых авторов о Дагестане и дагестанцах представляют интерес для общего дагестановедения. Предметом же интереса филологического дагестановедения явля­ется деятельность дагестанских ученых (алимов), связанных с арабо-мусульманской культурой, а также сведения российских (европейских) авторов XVIII века, представляющие собой донаучный период становления науки.

Первыми «стихийными» дагестанскими филологами могут быть признаны средневековые дагестанские алимы (XV–XVII вв.), которые на полях арабских книг помещали глоссы – переводы или тол­кования непонятных слов или выражений. К примеру, в хранящихся в фонде восточных рукописей Института ИАЭ ДНЦ РАН трех рукописях произведений ал-Газали (1059–1111), которые переписаны в 898 г.х. (1493), в 903 г.х. (1497) и 912 г.х. (1507), между строк и на полях имеется около одной тысячи (!) слов и предложений на даргинском языке, а также ряд лакских слов. Записи представляют собой переводы или комментарии к словам арабского текста и принадлежат Идрису, сыну Ахмеда из Акуша. Совершенно очевидны здесь поиски путей приспособления арабского алфавита к фонетическим особенностям дагестанских языков. Такие попытки отмечались при передаче местных антропонимов и топонимов еще в XIII–XIV веках в дагестанских эпиграфических памятниках.

Письменность (графическая система) на основе арабской графики для дагестанских языков создавалась в XIII–XV веках в общем русле единого культурного процесса у дагестанских народов, а не в виде спонтанных и изолированных попыток. Эта письменность известна как «аджам», «аджамская письменность»[1].

Приспособление арабского письма для дагестанских языков происходило примерно в одно и то же время и по одному типу. Эта письменность подверглась своеобразной унификации в межда­гес­танской практике: мы имеем одинаковые способы передачи специфических звуков дагестанских языков – абруптивов, геминатт и др. К XV веку мы имеем уже сложившуюся систему письма. Показательны в этой связи записи Али-Мирзы из Анди, Идриса из Акуша, переводы арабских слов и отдельных словосочетаний на лакский язык в арабской поэме «Касыда о плаще» и др.[2]

Наличие большого числа глосс на полях арабских книг, оставленных дагестанскими алимами, является свидетельством зарождения в Дагестане своеобразной словарной работы. Настоящим лексикографическим трудом следует считать «Персидско-арабско-тюркский словарь» (с большим числом глосс на аварском языке), составленный Дибиркади из Хунзаха (род. в 1762 г.). Словарь является достоянием дагестанской лексикографии.

Появление в конце XVIII – начале XIX века серии арабско-дагестанских словарей указывает на переориентацию дагестанской духовной культуры с арабо-мусульманской на национальную основу­, на обращение к родным языкам. С этих страниц начинается история дагестанской лексикографии, филологического дагестановедения.

«Внутренняя» традиция дагестановедения, основывающаяся на трудах дагестанских алимов, дополнялась «внешней», восходившей к деятельности российских (европейских) ученых и путешественников XVIII века, что обусловило появление академического кавказоведения.

Научное изучение Кавказа в России началось по инициативе Петра I. В 1719–1721 годах экспедиция Ф. И. Соймонова (1692–1780) собрала географические, политические и экономические материалы о Дагестане[3]. В 1722 году Д. К. Кантемир (1676–1723) исследовал памятники г. Дербента, в том числе и этнографические[4].

Начало академическому кавказоведению было в России положено в 1726 году, когда один из первых членов Петербургской Академии наук Готлиб-Зигфрид Байер (1694–1738) представил Академическому собранию написанный на латинском языке труд «De muro Caucaseo» («О Кавказской стене»). Через два года он был опубликован вместе с русским переводом[5]. Эта работа опиралась на материалы Д.К. Кантемира, и в ней Г.-З. Байер впервые в европейском ученом мире сообщил о «сочинении по древностям Дагестана», ставшем впоследствии известным под названием «Дербенд-намэ»[6].

Следует отметить, что вопросами кавказоведения в то время в России занимались и лица, не связанные с Академией наук, в числе которых был и офицер И.-Г. Гербер (ум. в 1734 г.), состоявший на русской службе с 1710 года. В 1728 году он, выполняя правительственное задание, составил описание местностей и населения побережья Каспийского моря между Астраханью и р. Курой. Оно было напечатано на немецком языке с русским переводом в 1760 году. Сочинение Гербера содержит ценнейший историко-этнографический материал о народах Кав­каза, главным образом Дагестана (аварцы, даргинцы, кубачинцы, лакцы, лезгины и др.), и представляет собой первое их описание[7].

Во второй половине XVIII века Петербургская Академия наук достигла блестящих успехов в изучении Кавказа и стала признанным центром кавказоведения. Именно тогда были начаты многочисленные научные экспедиции на Кавказ, позволившие собрать богатый и разносторонний – исторический, географический, этнографический и, следует отметить особо, лингвистический – материал об этом регионе, его народах.

Среди этих экспедиций особую важность для дагестановедения, в том числе и лингвистического, имеет экспедиция 1768–1774 годов на Северный Кавказ и Грузию И. А. Гюльденштедта (1745–1781)[8]. Материалы И. А. Гюльденштедта были изданы акад. П. С. Палласом в двух томах в 1787 и 1791 годах. Ко второму тому приложен «Сборник слов для сравнения языков, которые употребляются на Кавказе» (с. 496–552). (В 1809 году акад. К. Ф. Герман издал систематизированное извлечение из работы И. А. Гюльденштедта на русском языке: «Географическое и статистическое описание Грузии и Кавказа, из путешествия акад. И. А. Гюльденштедта в 1770–1773 гг.»).

Лексические материалы И. А. Гюльденштедта по дагестанским (и кавказским) языкам вошли в изданный впоследствии акад. П. С. Палласом «Сравнительный словарь языков мира» в двух томах в 1787 и 1789 годах. («Сравнительные словари всех языков и наречий, собранные десницею всевысочайшей особы». СПб., Т. I – 1787, Т. II – 1789) [9]. В 1790–1791 годах вышло второе, дополненное и исправленное издание в четырех томах под названием «Сравнительный словарь всех языков и наречий, по азбучному порядку расположенный»[10].

Словарный материал по дагестанским языкам у И. А. Гюльденштедта распределяется по 4 группам (с. 512–527):

1. Аварский (у автора «лезгинский») язык и родственные с ним наречия (Анцух, Чар, Хунзах, Дидо) (275 слов);

2. Лакский язык (276 слов);

3. Андийский язык (267 слов);

4. Даргинский язык (267 слов)[11].

Слова группируются по смысловому принципу: местоимения, числительные, человек (терминология родственных отношений), названия частей тела, животных, растений и т. д. Очень мало представлено глаголов – всего 15 наиболее употребительных.

В материалах И. А. Гюльденштедта представлены и текстовые записи, которые являются самыми ранними (ставшими известными в европейской науке) на дагестанских языках. Они содержат около 50 фраз, объединенных под 23 номерами. Текстовой материал подобран тщательно и охватывает определенный круг понятий и соответствующую лексику. Записи даются параллельно на трех строчках: на первой – буквальный перевод на русский язык фразы на соответствующем дагестанском (кавказском) языке, на второй – русская ее транскрипция, а на третьей – латинская[12].

Работа И. А. Гюльденштедта интересна и тем, что здесь встречается первый опыт генетической классификации кавказских языков и выделяются черкесская (абхазско-адыгская), грузинская (картвельская), кистинская (нахская) и лезгинская (дагестанская) группы. Важно отметить, что И. А. Гюльденштедт уже в свое время верно подметил родство дагестанских языков между собой, как и языков, входящих в другие группы – картвельских, абхазско-адыгских и нахских.

В 1807–1808 годах по поручению Санкт-Петербургской Академии наук «путешествие» на Кавказ совершил Юлиус Клапрот (1783–1835), который собрал различные материалы, в том числе и лингвистические, о Северном Кавказе и Грузии. Результаты были изданы в двухтомном труде «Путешествие на Кавказ и в Грузию» («Reise in den Kaukasus und nach Georgien». Halle und Berlin. Bd. I. 1812; Bd. II. 1814). В качестве приложения к «Путешествию…» дается раздел «Кавказские языки» на 288 страницах. Работа содержит переводы слов и фраз на аварском и андийском языках (параллельно), даргинском и лакском (параллельно), на чеченском. (Фразы даются на кабардинском и абазинском языках). Ю. Клапрот отметил многочисленные сходства нахских языков с дагестанскими, а также наличие многих общих слов в даргинском и лакском языках[13].

---

[1] Исаев А. А. К вопросу о письменности народов Дагестана // Сборник статей по вопросам дагестанского и вейнахского языкознания. Махачкала, 1972. С. 85–89; Его же. К вопросу о датировке даргинских записей на полях арабоязычных рукописей XV в. // Источниковедение истории и культуры народов Дагестана и Северного Кавказа. Махачкала, 1986. С. 85–89.

[2] Саидов М.-С. Из истории возникновения письменности у народов Дагестана // Языки Дагестана. Вып. III. Махачкала, 1976.

[3] См. об этом: Лавров Л. И. К 250-летию академического кавказоведения в России // Кавказский этнографический сборник. VI. М., 1976. С. 5–11.

[4] Там же.

[5] Байер Ф. З. О стене Кавказской. Краткое описание Комментариев Академии наук, часть 1, на 1926 год. СПб., 1728.

[6] См.: Саидов М.-С., Шихсаидов А.Р. «Дербенд-намэ». (К вопросу об изучении) // Восточные источники по истории Дагестана: Сборник статей и материалов. Махачкала, 1980.

[7] Гаджиев В. Г. Сочинение И. Гербера «Описание стран и народов, между Астраханью и рекой Курой находящихся» как исторический источник по истории народов Кавказа. М., 1979.

[8] Güldenstädät I. A. Reisen durch Russland und im Caucasischen Gebürge. I. SPb., 1787; II. 1791.

[9] Сравнительные словари всех языков и наречий, собранные десницею всевысочайшей особы. СПб., 1787. Т. I; 1789. Т. II.

[10] Сравнительный словарь всех языков и наречий, по азбучному порядку расположенный. СПб., 1790–1791.

[11] См.: Чикобава А. С. История изучения иберийско-кавказских языков. Тбилиси, 1965. На груз. яз.; Его же. О текстовых записях И. Гюльденштедта от 1771–1773 годов по ряду бесписьменных языков Кавказа // Ежегодник ИКЯ. Т. IХ. Тбилиси, 1982. С. 227.

[12] Там же. С. 230.

[13] Klaproth J. Reise in den Kaukasus und nach Georgien. Halle und Berlin. Bd. I. 1812; Bd. II. 1814.

6. Вербальная коммуникация

Максим Кронгауз - Речевой этикет

Речевой этикет и нормы вежливости во Франции

Для магистров 1 курса ФФ, ФИЯ.ФВ
Материалы для самостоятельной работы по КПРЛ

Глава 2. Речевое общение. Типы речевых ситуаций

2.1. Сущность понятия коммуникации

Жизнь человека немыслима без общения. В отрыве от человеческого общества, не имея возможности обмениваться информацией, индивидуум не может стать настоящей, высокоразвитой личностью. В истории известны случаи, подобные тому, что описал Р. Киплинг в повести «Маугли», но, к сожалению, на самом деле дети, выросшие без общения с себе подобными, так и не смогли стать полноценными членами человеческого общества.

Общение или, иначе, коммуникация - это сложный процесс взаимодействия людей. Проблемы общения изучают такие науки, как лингвистика, семиотика, психология, культурология. философия и др. Каждая наука изучает какие-то специфические аспекты общения. Понятие «общение» приобретает, таким образом, междисциплинарный характер.

Изучение речевой деятельности в отечественной лингвистике привело к созданию в 70-е годы XX в. теории речевой коммуникации. Одно из основных понятий теории речевой коммуникации - речевой акт. Это индивидуальное и каждый раз новое употребление языка как средства общения различных индивидов. Речевой акт должен быть обязательно двусторонним: говорение - слушание, что составляет неразрывное единство, обусловливающее взаимопонимание. В лингвистике наиболее известна схема речевого акта, предложенная Р.Якобсоном. Она включает следующие основные компоненты:

• адресант
• контекст – сообщение – контакт – код
• адресат

Под контекстом понимается обстановка, в которой производится высказывание (допустим, официальное собрание, дружеская встреча, семейный обед); контакт - это физический канал и психологическая связь между адресантом и адресатом, дающая возможность установить коммуникацию. Код подразумевает язык (или речевую разновидность), на котором производится высказывание.

2.2. Типы, виды и формы общения

Существует несколько классификаций типов общения, каждая из которых основана на каком-либо собственном признаке.

Лингвист А.А. Холодович, характеризуя речевое поведение человека, устанавливает следующие пять признаков речевого акта:

- средство выражения речевого акта (звук, письменный знак, жест);

- степень коммуникативности речевого акта;

- ориентированность речевого акта (есть ли ожидание ответа);

- количество участников речевого акта;

- контактность речевого акта.

На основании четвертого признака выделяют такие типы общения, как диалог (разговор двух участников) и полилог(разговор более чем двух участников).

В зависимости от социального статуса и личных отношений участников общения выделяют формальное и неформальное общение.

Монолог и диалог - две основные разновидности речи, различающиеся по количеству участников акта общения.

Диалог - это разговор двух или нескольких лиц. Основной единицей диалога является диалогическое единство - тематическое объединение нескольких реплик, представляющее собой обмен мнениями, каждое последующее из которых зависит от предыдущего. На характер реплик оказывает влияние так называемый кодекс взаимоотношений коммуникантов. Выделяют три основные типа взаимодействия участников диалога: зависимость, сотрудничество и равенство.

Любой диалог имеет свою структуру: зачин - основная часть - концовка. Размеры диалога теоретически безграничны, поскольку его нижняя граница может быть открытой. На практике же любой диалог имеет свою концовку.

Диалог рассматривается как первичная форма речевой коммуникации, поэтому он получил своё наибольшее распространение в сфере разговорной речи, однако диалог представлен и в научной, и в публицистической, и в официально-деловой речи. Будучи первичной формой коммуникации, диалог представляет собой неподготовленный, спонтанный тип речи. Даже в научной, публицистической и официально-деловой речи при возможной подготовке реплик развёртывание диалога будет спонтанным, поскольку обычно реплики - реакции собеседника неизвестны или непредсказуемы.

Для существования диалога, с одной стороны, необходима общая информационная база его участников, а с другой - исходный минимальный разрыв в знаниях участников диалога. Неинформативность может отрицательно сказаться на продуктивности диалогической речи.

В соответствии с целями и задачами диалога, ситуацией общения, ролью собеседников можно выделить следующие основные типы диалогов: бытовой, деловая беседа, интервью.

Монолог можно определить как развёрнутое высказывание одного лица. Различают два основных типа монолога. Во-первых, монологическая речь представляет собой процесс целенаправленного сообщения, сознательного обращения к слушателю и характерна для устной формы книжной речи: устная научная речь, судебная речь, устная публичная речь. Наиболее полное развитие монолог получил в художественной речи. Во-вторых, монолог - это речь наедине с самим собой. Монолог не направлен непосредственному слушателю и соответственно не рассчитан на ответную реакцию собеседника.

Монолог может быть как неподготовленным, так и заранее продуманным. По цели высказывания монологическую речь делят на три основные типа: информационная, убеждающая и побуждающая. Информационная речь служит для передачи знаний. В этом случае говорящий должен учитывать интеллектуальные способности восприятия информации и познавательные возможности слушателей. Разновидности информационной речи - лекции, отчёты, сообщения, доклады.Убеждающая речь обращена к эмоциям слушателей, в этом случае говорящий должен учитывать его восприимчивость. Разновидности убеждающей речи: поздравительная, торжественная, напутственная. Побуждающая речь направлена на то, чтобы побудить слушателей к различного рода действиям. Здесь выделяют политическую речь, речь-призыв к действиям, речь-протест.

Монологическую речь различают по степени подготовленности и официальности. Ораторская речь всегда представляет собой заранее подготовленный монолог, произносимый в официальной обстановке. Однако в определённой степени монолог - это искусственная форма речи, всегда стремящаяся к диалогу. В связи с этим любой монолог может иметь средства его диалогизации.

В зависимости от способа выражения речевого акта различают письменную и устную формы общения. Устная речь — является первичной, и для языков, не имеющих письменности, это единственная форма их существования. Литературная устная речь представлена двумя разновидностями:

а) речь разговорная, которая предполагает непринужденность общения, неофициальность отношений между собеседниками, неподготовленность, сильную опору на внеязыковую ситуацию, использование невербальных средств, принципиальную возможность смены позиций “говорящий” — “слушающий.”

б) речь кодифицированная (лат. Codificatio — систематизация законов государства по отдельным отраслям права), которая используется преимущественно в официальных ситуациях общения — собрания, съезды, заседания комиссий, конференции, выступления по телевидению. Чаще всего такая речь бывает заранее подготовлена (доклад, сообщение, отчет, информация), в ней нет значительной опоры на внеязыковую ситуацию, умеренно используются невербальные средства.

Устная речь звучит, то есть в ней используются фонетические (звуковые) и просодические (от греч. “просодиа” — учение о соотношении слогов в стихе — ударные и неударные, долгие и краткие) средства. Говорящий человек творит одновременно и форму, и содержание речи, поэтому она конечна во времени и не поддаётся исправлению.

Устно общающиеся коммуниканты чаще всего видят друг друга, и непосредственный визуальный контакт способствует взаимопониманию.

Устная речь гораздо активнее письменной — мы больше говорим и слушаем, чем пишем и читаем. В письменной речи используется система графических средств выражения, и она воспринимается зрительно. Пишущий и читающий, как правило, не только не видят друг друга, но и вообще не представляют внешнего облика своего коммуниканта. Это затрудняет установление контакта, поэтому пишущий должен стремиться максимально усовершенствовать текст, чтобы быть понятным. Письменная речь существует бесконечно долго, и читающий человек всегда имеет возможность уточнить непонятное выражение в тексте.

Языковые особенности письменной речи следующие: преобладание книжной лексики, сложных предложений над простыми, строгое соблюдение норм, отсутствие невербальных элементов.

 4 апреля 2017 г.

 Материалы к занятию по "Сравнительной типологии РДЯ"

для 3 курса РО

Тема «Глагол»

Как в русском, так и в дагестанских языках глагол является наиболее употребительной и очень важной частью речи. В сравниваемых языках он представляет  наиболее сложную систему грамматических категорий.

Как знаменательная часть речи глагол в русском и.

 Глагол дагестанских языках представляет собой  разряд слов, которые обозначают действие или состояние предмета как процесс.

В русском и дагестанских языках глагол характеризуется категориями времени, наклонения, залога (не во всех), вида, лица (не во всех), числа (не всегда). Общие в сравниваемых языках категории, тоже имеют свои специфические морфологические черты.

Например, в русском языке глагол изменяется по лицам, а в прошедшем времени и по родам. Глагол в дагестанских языках не обладает такими свойствами. В синтаксическом отношении глагол в русском и дагестанских языках большей степенью выполняет одну и ту же функцию, функцию предиката-сказуемого.

Отметим общие и отличительные категории данной части речи в сопоставляемых языках.

Начальной формой глагола в русском и дагестанских языках является инфинитив, хотя прямого соответствия нет. Так, например, в дагестанских языках не встречается специальный вопрос, который соответствовал бы вопросу «что делать?». Это объясняется тем, что в  некоторых дагестанских языках не различается категория вида, а инфинитив в русском языке имеет категории вида и залога, что дает основание считать его глагольной формой, а не глагольным именем существительным.

Инфинитив в русском языке образуется при помощи суффиксов –ть, -ти, -чь (после гласных: писа-ть, чита-ть, рисова-ть), -ти после согласных (вес-ти, нес-ти); -чь появляется там, где основа настоящего времени оканчивается на г и к: печь (пеку), беречь (берегу). У возвратных глаголов к этим суффиксам добавляется –ся.

В дагестанских языках глаголы неопределенной формы не имеют возвратных форм. Начальной формой глаголов в дагестанских языках является масдар, которая имеет признаки и глагола, и имени (напоминает отглагольные имена существительные русского языка). Например, в агульском языке: акьас «делать» (инфинитив) _- акьуб «делать/делание» - масдар.

Неопределенная форма в глагола в дагестанских языках имеет и некоторые свои особенности: путем присоединения различных аффиксов (например, превербов) глаголы неопределенной формы здесь могут выражать тончайшие нюансы значений: экьвас (агульский язык)  «сидеть», г1екьвас «сидеть в  сплошной массе или среди кого-либо», гьекьвас «сидеть перед кем-либо», афекьвас « сидеть рядом с кем-либо» и т.д.

Кроме того, инфинитив в даргинском, лезгинском, табасаранском и некоторых других дагестанских языков делится на три группы: простые, производные и сложные.

1. К простым глаголам относятся  относятся такие, которые не имеют в своем составе значимых частей. Например, дарг. хес «принести».

В лезгинском и табасаранском языках инфинитивные формы глаголов  состоят из одного согласного звука сочетающегося с каким-либо гласным и аффиксом масдара (-ун в лезг., -уб – в табасаранском): лезг. ак-ун «видеть», хь-ун «быть», ав-ун «делать»;

Таб.: а-уб «вгонять», э-уб «садиться, п1-уб «делать», ахъ –уб «падать».

2. К производным относятся глаголы с превербами, префиксами, инфиксами с различными пространственными значениями, которые придают им дополнительные оттенки значений:дарг. : хес «принести»,  бу-хес «отнести», ка-бу-хес «принести сверху», са-бу-хес «принести со стороны»;

лезг. тун «оставить», а-тун «приходить», аватун «упасть», алатун «сползти», акъатун «выскочить откуда-либо»;

таб. : э-уб «сесть во что-либо»,  эдеуб «слезать», эдреуб «не садиться», эдедеуб «не выходить».

3. Во всех дагестанских языках наблюдается большое количество сочетаний из двух и более слов, передающих определенное действие или состояние, т.е. образованные описательным путем. В таких словосочетаниях (их еще называют сложными глаголами) как правило, имеется именная и глагольная части. В качестве именной части обычно выступают имена существительные:

ав. рак1 бух1изе «переживать» (рак1 – «сердце», бух1изе «гореть»);

дарг. пикри барес «обдумать» (пикри «дума, мысль», барес «делать»;

лезг. к1ан хьун «любить» (к1ан «желание,любовь», хьун «быть», дак1ан хьун «ненавидеть»; таб. : ккун хьуб «любить»; агул. : йирк1в   руц1ас «переживать» ( йирк1в «сердце»,  руц1ас  «болеть»).

Категория вида

Категория вида является характерной особенностью русского и большинства дагестанских языков. Однако ее проявление и употребление в дагестанских языках во многом отличается от русского языка. В русском языке все глаголы относятся к совершенному или несовершенному виду. Вид глагола обозначает особые свойства и отношение действия, обозначенного глаголом к его внутреннему пределу.

 Вид– это признак глагола, выражающий некоторые особенности протекания описываемого им действия, такие как наличие указания на предел действия, начало или окончание действия, ограниченность его во времени, прерывистость и другие особенности.

Различаются два вида глаголов, совершенный и несовершенный. Глаголы несовершенного вида описывают действие в его течении, без указания на его предел: решал, толстел, шумел, в отличие от глаголов совершенного вида, содержащих указание на оконченность действия или его части: решил, растолстел, зашумел. Большинство русских глаголов образуют видовые пары:

Кроме того, существуют глаголы одновидовые, у которых нет соответствий в другом виде (сожалеть, заискивать и др.– только несовершенного вида, грянуть, хлынуть,очнуться и др.– только совершенного вида) и двувидовые, у которых формы видов совпадают (женить, казнить, информировать, обещать).

Глаголы совершенного вида показывают законченность, завершенность, начало действия (заработал), мгновенность, однократность (толкнул), временное ограничение процесса (переночевать).

Глаголы несовершенного вида обозначают:

1) повторяемость действия: носить, писать;

2) многократность (хаживал);

3) неопределенной длительности протекания действия (решал).

 В дагестанских языках категория вида не имеет таких тончайших оттенков значения как в русском языке, но это не говорит о том, что в дагестанских языках нет этой категории.

Особенности категории вила в дагестанских языках

1. В лезгинском и табасаранском языках , по мнению большинства лингвистов, не представлена категория вида, хотя в исследованиях последних лет, в частности , в работах К.Р.Керимова  обосновывается наличие этой категории у глагола лезгинского языка.  Сильно развитые временные формы в этих языках позволяют передавать и видовые оттенки, заменяя, таким образом, категорию вида.

2. В аварском, даргинском и лакском языках категория вида выражена ярко. В аварском и даргинском языках два вида, как и в русском (совершенный и несовершенный), в лакском языке три вида (недлительный, длительный и повторный):

а) недлительный – чистый инфинитив или, как его называют, целевая форма: чичин «писать» , ачин- «идти; б) длительный вид образуется введением в корень глагола инфикса –л-: чичин – чичилан «записывать»; в) повторный образуется посредством вставки инфикса –ав-  :чичин – чичаван «иногда писать».

Сравнительно легче усвоить категорию вида в аварских и даргинских  школах , наибольшую трудность испытывают учащиеся, носители лезгинских и табасаранских языков.

Изучение этой темы связано с усвоением учащимися таких важных и трудных правил, как чередование гласных. Усвоение этой категории необходимо также для уяснения различных оттенков в значении глаголов, и образование неспрягаемых форм глагола  – инфинитива, деепричастия.

Категория времени

Категория времени выражает отношение действия глагола к моменту речи, который принимается за точку отсчета. Формы времени в русском и дагестанских языках не всегда могут совпадать. В современном русском языке существуют формы трех времени, из которых глаголы несовершенного вида имеют все три времени, а глаголы совершенного вида – только формы прошедшего и будущего времени.

Глагол дагестанских языков имеет сложную систему времен. Количество времен в дагестанских языках имеет сложную систему времен. Количество времен в дагестанских языках колеблется от 9 до 15 и более. Поэтому неудивительно, что формы времени в русском и дагестанских языках не совпадают. Например, такие видовые оттенки русских глаголов, как длительность или мгновенность, однократность или повторяемость на дагестанских языках передается формами времен, которые в данных языках отличается сложностью и большим разнообразием.

Даже те формы, которые совпадают в данных языках,  имеют свои особенности выражения.

Рассмотрим на материале некоторых языков категорию времени.

В аварском языке выделяют следующие формы времени глагола:

а) настоящее простое (вуго, йиго, буго, руго «есть»)т  и составные (ц1алулев вуго  «учится» (1 класс);

б) прошедшее простое (ц1алана «училась»), сложное (ц1ализавуна «заставила учиться») и составное ц1алун вуго «учился»; в) будущее простое (ц1алила «буду учиться»). Сложное (ц1ализавила «будет учиться» и составное (ц1ализе вуго «будет учиться»; г) общее простое (цалула «учится», ц1ализавуна «учится (всегда)» и составное (ц1алулев вук1уна «учится (все время)».

 В даргинском языке выделяют:

а) настоящее совершенное время (белч1ира «я прочитал» и несовершенное буч1улра «читаю», буч1улри «он читал»;

б) прошедшее простое (вак1иб  «пришел»), совершенное (белч1ири «прочитал когда-то»);

в) будущее простое (буч1а «прочтет»),  обусловленное, т.е. допускаемое  (белч1ес «читать») и желательное (белч1еб «пусть читает он»).

В лезгинском языке выделяют:

а) настоящее совершенное (кихьизва «пишет») и несовершенное (кихьизма « еще пишет»);

б)прошедшее несовершенное I (къачудай «брал»), прошедшее несовершенное  II  (къачузвай  «брал»), прошедшее несовершенное III (къачузмай «брал»);

в) будущее общее (къачуда «возьмет»), постоянное и предположительное.

В лакском языке :

а) настоящее общее или обычное (лелуххи лехай сар «птица летает»),  настоящее длительное (буклайна ур «читает все время»), настоящее результативное (на учав «я сказал»);

б) прошедшее незаконченное ( ина най ияв жуннин «ты вышел к нам» (тогда), преждепрошедшее (танал чивчуна – «он написал прежде»);

в) будущее неопределенное ( на уч1анссара «озможно я приду»), будущее определенное (на уч1ан т1иссари  ( «я определенно приду»);

г) настоящее утвердительное (щарса къашавай дуссар «женщина действительное болеет» (в данный момент») и прошедшее утвердительное (та  увк1сар «он пришел в данный момент») ;

д) заглазное настоящее (определенное) – та дуклант1ий усса ур «оказывается, что он будет (определенное ) учиться» и неопределенное (та уч1анниссар т1ар 2говорят, что он придет»).

В табасаранском языке :

а) настоящее время (жаргъура, жаргъури а «бегает»);

б) будущее категоричное ( лихиди «поработает» и будущее общее (лихуру «он вообще поработает»;

в) прошедшее перфект ( ккадабкну «опрокинул»), прошедшее повествовательное ккадабку, давнопрошедшее время гъилицнийи «походил».

 Как видно из приведенной классификации, временные формы глаголов в дагестанских языках имеют много оттенков значений. Поэтому подвести  под общую черту глаголы русского и дагестанских языков чрезвычайно трудно. Тем не менее, попытаемся сделать это.

Глаголы в сравниваемых языках выражают действие, совпадающее с моментом речи ( «я беседую с …»). Это общее значение настоящего времени осложняется еще и следующим:

а) действие постоянное, не имеющее временных границ («Самур впадает в Каспийское море»);

б) действие, переходящее в свойство ( «мальчик читает книгу»);

в) действие , выражающее постоянное свой свойство лица-предмета, присущий ему признак («священник молится»).

В отличие от русского языка в дагестанских языках встречаются глаголы настоящего времени с оттенками значений как совершенного, так и несовершенного вида. На русский язык они одинаково переводятся глаголами несовершенного вида. Настоящее время, которое представлено в аварском, лакском языках (указывает на постоянно  происходящее действие), наиболее точнее соответствует настоящему времени глагола русского языка.

В дагестанских языках, кроме простой формы настоящего времени, широко употребляются и сложные. Они, как правило, состоят из причастия настоящего времени и глагола связки (ав.:бихьулеб буго «мы видим»).

 И в русском, и в дагестанских языках возможны случаи, когда глаголы настоящего времени употребляются в значении прошедшего или будущего.

Значение глаголов прошедшего времени в сравниваемых языках  в основном совпадает. Фомы прошедшего времени при всех их отличиях обозначают действие, имевшее место до момента речи. Специфика различных форм прошедшего времени в сопоставляемых языках состоит в принадлежности к совершенному или несовершенному виду.

В отличие от других времен глагола, глагол прошедшего времени русского языка характеризуется определенным морфологическим признаком (суффикс-л) и не изменяется по лицам.

Будущее время в РДЯ образуется с синтетически, и аналитически. Если сопоставить значения всех глагольных форм русского и дагестанских языков с их оттенками, то в дагестанских языках их больше, чем в русском языке. Будущее время в сопоставляемых языках может употребляться вместо настоящего: («Кашу маслом не испортишь»).

СПРЯЖЕНИЕ ГЛАГОЛА

Изменение глагола по лицам числам и временам называется спряжением
глаголов. Спряжение глагола в сравниваемых языках имеет определенные
особенности.

Глаголы РЯ в зависимости от личных окончаний делятся на два продуктивных спряжения:I и II.

Для дагестанцев представляет трудность определения окончания в 3 лице множественного числа, если не падает ударение.

Поэтому лучше рекомендовать определить спряжение по инфинитиву.
Формы спряжения глаголов в дагестанских многообразны и отличаются от русского языка: подавляющее большинство глаголов согласуется с субъектом или объектом при помощи классных показателей.

В лезгинском языке глагол не изменяется ни по лицам, ни по числам.
Например:

Я работаю - За к1валахзава. Ты работаешь- На к1валахзава.

В аварском языке глагол изменяется по числам, но не по лицам.
Дун чордолев вуго – «Я купаюсь». Мун чордолев вуго – «Он купается». Гьол чордолел руго.-«Они купаются».

Классное согласование с именами происходит во всех временах.

В лакском языке спряжение происходит приблизительно также, но в отличие от аварского языка в лакском языке глагол изменяется и по лицам.
На зунна – «Я  буду работать». Жу зунну – «Мы будем работать». Ина зунссара – «Ты будешь работать». Зу зунссару «вы будете работать. Та зунссар – «Он будет работать». Тай зунссар «Они будут работать» В даргинском и табасаранском языках глаголы изменяются по лицам, числам и
временам и согласуется с именами в классе.

 Например, в табасаранском: узу лихураза «я работаю», уву лихурава «ты работаешь», думу лихура «он работает», учу лихурача «мы работаем».

Спряжение глаголов в дагестанских языках сложнее, разнообразнее, чем в русском языке, поэтому при изучении этой темы на уроках русского языка нельзя отсылать детей к спряжению глагола в родных языках.

ПЕРЕХОДНЫЕ И НЕПЕРЕХОДНЫЕ ГЛАГОЛЫ.

Учение о виде тесно связано с категорией переходности - непереходности
глаголов. Глаголы в сравниваемых языках бывают переходными и непереходными. Но выражение переходности/непереходности в РДЯ имеет свою специфику.

Общим является то, что переходные глаголы обозначают действие,
переходящее на другой предмет, то есть непосредственно на объект :

Учитель читает книгу –

ав. Муг1алимас т1ехь ц1алулеб буго

дарг. Лезг.муалимди ктаб к1елзава.

лак.: Учителли жуз буч1ули сай.

лезг.: Муалимди ктаб к1елзава.

таб. учители китаб урхура

агул.: Мег1елимди китаб хурая.

Непереходные глаголы обозначают действие, не переходящее на другой предмет: Например, ребенок спит

агул. Шиниккв гъархьуная

ав..Лъимер кьижун буго

дарг. Дурх1я усули саби

лак. Орч1 шанай ур.

лезг. Аял ксанава

таб. Бай даахна.

В русском языке переходные глаголы требуют прямого дополнения в винительном падеже без предлога: решать задачу, читать книгу, строить дом.

В ДЯ при переходном глаголе дополнение стоить в именительном падеже, а субъект действия может стоять в различных падежах, но чаще в эргативе, реже в номинативе или в одном из местных падежей.

Как известно, в РЯ переходные глаголы утрачивают свою переходность, если к ним присоединится частица -ся: учить - учиться.

В ДЯ возвратных частиц нет, но тоже происходит процесс утраты переходности посредством специфических аффиксов. Но данное явление не находит широкого распространения в дагестанских языках.

Категория наклонения

Категория наклонения служит для выражения модальности (оценки говорящим своего высказывания с точки зрения сообщаемого к действительности) В сопоставляемых языках модальность выражается формами наклонения, интонацией, модальными словами и частицами.

Вопрос о количестве наклонений в русском языке является решенным: изъявительное, повелительное и сослагательное. Относительно количества наклонений в ДЯ нет единого мнения.

В научных грамматиках дагестанских языков выделяют от 3 до 10 наклонений. В аварском, лакском, табасаранском - 4, лезгинском - 7, даргинском - 10.

При выделении этих наклонений в РДЯ за основу взяты особые морфологические и лексико -синтаксические показатели.

Во всех сравниваемых выделяют изъявительное, сослагательное и повелительное наклонения (в дагестанских и желательное). Изъявительное наклонение обозначает действие, которое мыслится говорящим как утверждаемое или отрицаемое, как вполне реально: Я читаю книгу(прочитал, прочту).

Повелительное наклонение выражает волю говорящего - приказ, просьбу, побуждение к действию. В русском языке повелительное наклонение образуется с конечным -й, -и, с конечным мягким  и твердым согласным: читай, носи, режь, ешь, встань.

Есть глаголы, которые не образуют повелительного наклонения: зябнуть, поспеть, слабеть.

В дагестанских языках способы образования повелительных наклонений различны:

Ав.язык: путем присоединения к глагольному имени различных аффиксов: -е., -а, -чи, -абе:  боси- босе  «взятие- возьми»;  вач1ин – вач1а идти – иди.

Дарг. Яз.:  к форме желательного наклонения прибавляется окончание –а (-я), -и, -ира, -ен, -ена.: бара- барал «сделай – сделайте»; багьи- багьира «узнай –узнайте».

Лезг. яз.: повелительное наклонение образуется повторением согласного корня: ат1ун – ат1ут1 «резать – режь»; отбрасывание форматива масдара: къачун – къачу «брать –бери».

Лакск.: путем присоединения к основе глагола суффиксов – у, -и, -а, 9 в ед.ч.), во мн. Числе к ним добавляется –ра, яра, уча: чича- чичара «пиши - пишите», ласи – ласияра «бери – берите».

 Таб. яз повелительное наклонение образуется присоединением к основе глагола суффиксов: -у, -ай, - аьй: лихура –лих, лихун ап1и « работай», лигри – пусть смотрит.

 Отрицательные формы повелительного наклонения в дагестанских языках чаще всего образуются при помощи отрицательных аффиксов –ма, -ми, которые могут быть в одних языках префиксами, в других инфиксами, в третьих окончаниями: дарг.: лук1ад – малук1ад (напишешь – не пиши); лезг.: на лугьуда -лугьумир  ( ты будешь говорить – не говори); агул.: алчихьас – алчимихьа «накрыть – не накрывай».

Сослагательное наклонение выражает действие, которое в действительности не совершается, но могло бы совершиться при известных условиях. Способы образования этого наклонения в русском и дагестанских языках различаются. В русском языке оно образуется аналитическим способом – сочетанием глагола в форме прошедшего времени с неизменной частицей бы: бегал бы, писал бы.

В дагестанских языках сослагательная форма глагола, как правило, образуется о основы глагола присоединением различных аффиксов, т.е. синтетическим способом:

 Агул: хуруне – хуручин ; ав. ц1али – ц1алани ( чтение – если прочтешь); дарг.: белк1ес – белк1алли (написал – если напишет); лезг. атана – атанат1а (пришел – если пришел); лак.: чичин –чичирча ( написал – если написал).

ПН.

 Количество наклонений вдагестанских языках  намного превосходит: выделяются предполодительное, вопросительное, уступительное,гипотетическое и др. наклонения.

Категории залога в глаголе дагестанских языков нет.